Кен Кизи «Над кукушкиным гнездом»

Кен Кизи «Над кукушкиным гнездом»


“One flew east, one flew west,

And one flew over the cuckoo’s nest.”

16a9fc43dce521c64dcf332f08ab4eb7Мистер Макмерфи, прекратите устраивать балаган во время собраний.

Мистер Макмерфи, прекратите вселять надежду в наших пациентов, вы ведь понимаете, мистер Макмерфи, что они здесь потому, что не смогли сосуществовать с обществом за пределами этих стен.

Мистер Макмерфи, вы приносите слишком много радости тем, кто уже забыл, как звучит их смех. И лучше бы всё так и оставалось, мистер Макмерфи.

Мистер Макмерфи, нам очень жаль, но мы вынуждены прибегнуть к экстренным мерам в отношении вас. Вы плохо влияете на состояние наших кроликов (зачеркнуть) пациентов.

  И так каждое собрание. Ее голос твердит, что Макмёрфи виновен. Никто не слышит этих обвинений, но ее мягкий голос затягивает петлю. Ведь в толстой тетради тают жалобы больных. Больше никто не хочет обсуждать с ней свои пролемы, больше никто не хочет подставлять своих, больше никто не хочет кормить Комбинат собой. Даже Вождь вырос на полфута. А Билли осмелел настолько, что согласился стать мужчиной. Комбинат проигрывает одного сумашедшего за другим. В тот день, когда на пороге больницы появился рыжий черт, Мисс Гнусен почувствовала, что теряет власть, теряет авторитет и теряет больных. Троссы от нее, до каждой койки стали гнить, ослаблять хватку, подчиняться твердому и, что ещё страшней, осознанному “нет”. Но мы ведь взрослые люди и знаем, что происходит с теми, кого загоняют в угол: они  щетинятся, ярятся и готовятся к броску.

 

Он знает: надо смеяться над тем, что тебя мучит, иначе не сохранишь равновесие, иначе мир сведет тебя с ума. Он знает, что у жизни есть мучительная сторона <…>, но не позволяет боли заслонить комедию, так же как комедия не позволяет заслонить боль.

 

Говорят, что “драконы всегда там, где рыцари”, что значит, что если есть сила, есть и противостояние. Электрическое сопротивление — физическая величина, характеризующая свойства проводника препятствовать прохождению электрического тока и равная отношению напряжения на концах проводника к силе тока, протекающего по нему. Это то, что говорит о сопротивлении Википедия. И на этой странице вполне могла бы красоваться фотография Макмёрфи, как полное его олицетворение. Он — пружина, гнется, но не ломается, идет до конца, феномен Макмёрфи. Таких нельзя убить, такие становятся идеей. А идея, как мы помним, опасней человека, ведь она и живет дольше, и всегда точно попадает в голову. История о том, как один человек перевернул мир, как только нащупал точку опоры среди белых халатов и чужого безумия. Нет такой цены, которую не заплатил бы этот чокнутый, чтобы вернуть хотя бы немного надежды в кроличьи сердца. И вот вам загадка. Сколько человек нужно, чтобы острые и хроники сплотились? Чтобы вспомнить, что выжатый сок по утрам отнюдь не слаще свободы. Что теперь все можно, потому что ты владеешь собой сам. Не черные, как смоль, санитары. Ни медсестры. Ни доктор. Ни Комбинат с их мисс Гнусен. А ты сам. Ответ стоит в дверях в своей натянутой по глаза шапке, кожанной куртке и наглецой в глазах. “Кто тут называет себя самым сумасшедшим? Кто у вас главный псих? Я тут первый день, поэтому сразу хочу понравиться нужному человеку.”

 

--Nad-kukushkinyim-gnezdom-------Ken-Kizi-Nad-psihushkinyim-gnezdom-4

 

Такие истории не случаются. Такими историями ты грезишь по ночам, когда лежишь без сна, а потом боишься рассказать их своему психиатру.

 “Отец ЛСД” не выдумывал своих персонажей, он видел их в том самом госпитале для ветеранов, куда устроился работать ночным санитаром. Принимая участие в тестировании ЛСД, он частенько вел беседы находясь под воздействием наркотика, что дало ему основание полагать, что не все пациенты в госпитале — больны. Так повилась на свет одна из самых значимых книг поколения битников, так мы познакомились с Чезвиком, Билли, Вождем, Макмёрфи, Мартини  и прожили с ними месяцы, полные рыбалок, карточных игр, пива, разбитых окон и смертей.