Никки Каллен «Гель-Грин, центр земли»

Никки Каллен «Гель-Грин, центр земли»


Мы разные. Но внутри —
одна золотая взвесь.
У каждого свой Гель-Грин.
А, значит, он точно есть!
У каждого свой маяк,
с другими, пускай, не схож;
(с)Da Na

Книги — это хороший повод поговорить

Я влюблена. В этом сером свитере крупной вязки, теплых носках и книгой цвета теней, так модных в 90-ые. Я сижу у старого маяка и пробую на вкус Гель-Грин. Соленый. Как воздух с моря, как все бури сразу, как корабли, шедшие ко дну и мучительно долго не отпускавшие звездного неба и капитанов. Как перелистывая страницы, ты касаешься слов бережно, будто извиняясь, что вновь приходится закрывать книгу, будто кто-то лег спать и забыл оставить ночник, который светом своим указывал бы тебе пусть в тот дикий сад. Ты закрываешь глаза и проживаешь 4 истории, от которых пахнет корицей, чаем с медом, северным сиянием, яблоками, морем и розами. Так пахнут судьбы людей красивых, необыкновенных, излучающих свет, которые сами, как маяки. Дающие надежду да прибудут с тобой.

Живи как хочешь — будь свободным, чтобы мечтать не о свободе, а о свершениях.

1Если вы хотели в детстве стать детективом, то берите трубку и плащ, самое время запоминать и обращать внимание. На все детали, которые призраком всплывают среди новых интерьеров, у новых владельцев. Так подкладывают под подушку первый молочный зуб для феи. Все эти маленькие точки соприкосновения у параллельных прямых, когда невозможное отступает перед лицом чудесного.  Гель-Грин — место, где живут пацифисты с оружием в груди. И каждый удар эхом катится по всем судьбам, собранным у маяка, как у алтаря молодожены, шепчущие свое “да” друг другу на всю жизнь и во веки веков. Смелее, закутывайся в плед и встречай гостей.

— Что же делать?

— Пить много чая.

С обложки смотрит на тебя загадочная девочка Никки Каллен. И ты уже готов  выучить наизусть ее биографию, которая, кстати, у нее имеется, как узнаешь, что наша прекрасная писательница на самом деле — Павел Гуров из Питера. И сразу связывается воедино картина северного сияния и вечного серого цвета въевшегося в каждую страницу. Язык у книги такой красивый, будто кто-то поет тебе твою любимую песню любимым голосом, как колыбельная мамы, как слова, которые всегда находят путь к твоему сердцу. Описания плывут облаками над твоей головой и легче становится от каждого. Гель-Грин стал пристанью для всех кораблей, потерявших свои берега. Может быть среди них и вы разглядите свой…

301ba9025161afd0ce047bdda9b68ceb3fd8df7f

Стефан стоял и смотрел, как она улыбается; еле-еле; так начинает падать снег; «я тебя знаю сто лет, помнишь? Бузинная матушка благословила нас в весну, а осенью тебя заколдовали в лебедя; и я шла сквозь миры и болота, искала тебя; помнишь? Я сплела тебе рубашку из ивовых прутьев, и ты опять стал маленьким юношей с серыми глазами и с крылом вместо левой руки; помнишь? Мы были с тобой сто лет; и умерли в один день, в один час, на большой постели из атласа; и розы разрослись из палисадника в большой сад вокруг нашего дома; и никому не добраться до наших могил; помнишь?» — вот такая это была улыбка — сказка в сто томов.

Иллюстрации:
Константин «Рэй Макфлай» Соломонов